- Утитейница пьийсья! Утитейница пьийсья! - за дверью суета и топот маленьких ножек.
Захожу. Лёша, Мадина и Люба спешат из своих комнат на кухню – уже с портфелями. У Любы он собран заранее: на кухне она первая садится за стол и начинает аккурат-но раскладывать вещи. Мадина вечно торопится, но никогда не бывает готова и бегает туда-обратно несколько раз, и даже, во время занятия, мама ей что-то приносит. Лёша очень гордится тем, что он тоже ходит в школу и, как и положено по возрасту, ему важнее в этом "ходит", а не "в школу". Все свои тетради он несёт в руках и, только приходя на кухню, складывает всё в портфель.
На самом деле, занимаемся мы обычно по отдельности, но, каждый раз, ритуал по-хода в школу остаётся неизменным.
1 класс.
Люба и Мадина.
Началось всё именно с них. Вернее даже с Мадины. Когда я пришла впервые, Люба заниматься отказалась, но, уже минут через десять, пришла и села, как ни в чём не бывало.
Мадине 6 лет. В школу она никогда не ходила. Умеет считать, знает алфавит, но читает по буквам: [ма-э-маэ-дэ-маэдэ-маэдэ-и-нэ-маэдэинэ-а-маэдэинэа]...
Мадина очень любит «ходить в школу»: ей важно не столько то, что мы изучаем, сколько само ощущение школы. Одна тетрадочка, другая… Читать, писать, считать… – можно даже без понимания смысла. Чем больше учебных действий – тем лучше. Но когда необходимо делать домашнее задание (а без них невозможно при надомном обучении и девчонки получают задание на каждый день), сразу возникают проблемы. Особенно, если я передала задание на словах: «Учительница этого не задавала. Не буду делать!»
Любе - восемь. Она уже год занималась на дому с учителем, но нам снова при-шлось вернуться к 1 классу, т.к. многое было забыто... Читает очень хорошо, аккуратно пишет – очень старается во всём. Любе, напротив, важнее ощущение знаний. И для неё очень значимо самоопределение себя как школьника – взрослого и разумного человека. Она всегда сама делает домашнее задание, стараясь даже, чтобы мама не вмешивалась. На уроках работает со всей серьёзностью. Умеет пересилить свои «не хочу» и «устала».
Однажды, она (во время гормонов) целый день закатывала маме истерики по поводу и без, а «в школе» вела себя просто идеально – было видно, как она сдерживает себя, как старает-ся сосредоточиться и во всём разобраться.
Хоть мы и занимались поначалу вместе, всё же у нас получилось два первых класса.


Алексей – чрезвычайно интересный молодой человек. Не очень воспитанный, даже грубый, но с очень взрослыми суждениями. У Лёши нахождение в школе делится на два периода: до начала занятий с ним и – уже во время. Сначала, чтобы Лёша занимался, хо-тела его мама, а он отказался. Но, когда я задавала девчонкам что-то выучить наизусть, Лёша с удовольствием учил вместе с ними. А однажды, когда Люба и Мадина выкладыва-ли на холодильнике слова из магнитной азбуки, состоялся такой диалог:
- Ва сто вы игъаите? Мозна свами?
- Отстань, мы не играем, мы учимся! Не видишь, что ли?!
Через несколько дней Лёша пришёл и заявил очень и очень серьёзно, что тоже хо-чет заниматься. Причём, как уже говорилось, для него важнее сам поход в школу. И заня-тия наши были по большей части игрой в школу. Приведу только один случай из наших с ним встреч:
Урок «математики». Рассматриваем понятия больше – меньше. Для этих целей у нас специальные игровые карточки. Всё идёт замечательно и вдруг он заявляет, что пять больше десяти. Я уточняю – да, точно больше (с некоторым раздражением отвечает Лё-ша). Тогда я достаю карандаши и раскладываю их перед ним: с одной стороны – пять, а с другой – десять. Считаем. Спрашиваю, что больше: пять карандашей или десять? Он по-смотрел на меня («и откуда берутся такие глупые взрослые?»): «ну конесьня десять бойсе, нипанятна сьтои?» Никогда ещё на меня с таким снисхождением ребёнок не смотрел.

2 класс.
Дима. Образцовый ученик. Я бы даже сказала Ученик.
И он, и мама сказали в один голос «мы не хотим отстать от класса» и возжелали заниматься немедленно после знаком-ства. «Тетради есть. Учебники есть. Мы всё взяли…» Безупречный почерк, аккуратные записи, безошибочное письмо, чтение, счёт. Его серьёзное выражение лица, обстоятель-ный подход во всём, что касается учёбы. Ни улыбки, ни задора – поначалу даже немного отталкивающе. Кажется, что у него превалирует «должен», а собственное «хочу», так свойственное детям его возраста, спрятано где-то глубоко внутри. Будто сидишь рядом не с мальчиком 8 лет, а с очень взрослым и суровым профессором. Но, когда я однажды по-казала ему умножение на пальцах… – надо было видеть, как изменилось его лицо! Как ожили и поползли вверх брови, как округлились глаза, и открылся рот – он был шокиро-ван и восторжен одновременно. С того момента, главной целью для меня было удивить моего нового друга. Постепенно Дима стал более открытым и любознательным, даже озорным. Им с мамой по-прежнему важно не отстать от программы. Поэтому мы состави-ли план занятий и на лето, чтобы догнать окружающий мир и чтение (на которые у нас просто не хватает времени). Сейчас, Дима, помимо русского и математики занимается ещё и немецким. А я искренне завидую волонтёрам (потому что здесь я, прежде всего «учи-тельница»), которые могут просто поиграть с моими школьниками и увидеть их другими, по ту сторону школы. Весна, 2009